КАРТОЧКА ПРОЕКТА,
ПОДДЕРЖАННОГО РОССИЙСКИМ НАУЧНЫМ ФОНДОМ

Информация подготовлена на основании данных из Информационно-аналитической системы РНФ, содержательная часть представлена в авторской редакции. Все права принадлежат авторам, использование или перепечатка материалов допустима только с предварительного согласия авторов.

 

ОБЩИЕ СВЕДЕНИЯ


Номер 14-18-01882

НазваниеМобильность в Арктике: этнические традиции и технологические инновации

РуководительГоловнёв Андрей Владимирович, Доктор исторических наук

Организация финансирования, регионФедеральное государственное бюджетное учреждение науки Институт истории и археологии Уральского отделения Российской академии наук, Свердловская обл

Года выполнения при поддержке РНФ2014 - 2016

КонкурсКонкурс 2014 года «Проведение фундаментальных научных исследований и поисковых научных исследований отдельными научными группами»

Область знания, основной код классификатора 08 - Гуманитарные и социальные науки, 08-304 - Этнология

Ключевые словаАрктика, ненцы, саамы, чукчи, мобильность, идентичность, этничность, технология, традиция, инновация, межэтнические отношения, визуальная антропология, антропология движения, номадизм, северный дизайн

Код ГРНТИ03.61.00


СтатусУспешно завершен


 

ИНФОРМАЦИЯ ИЗ ЗАЯВКИ


Аннотация
Центральная тема проекта – потенциал северного номадизма и «дизайн кочевий» в практиках современного освоения Арктики. За основу принимаются три модели арктического номадизма – ненецкая, саамская и чукотская в их сходстве и ситуативных (этнокультурных, исторических, локальных и других) вариациях. Этот набор технологий и сценариев как совокупный опыт освоения высоких широт проецируется на современные практики движения и контроля над пространством, включая коренных и некоренных северян, традиционные и новые сферы деятельности. Цель проекции состоит в оптимизации общей схемы мобильности в Арктике при сохранении ценностных приоритетов и во взаимодействии традиционных и инновационных технологий. Априори можно утверждать, что механизм движения, заложенный в системах миграций кочевников Арктики, с одной стороны, воспроизводит универсальный древний алгоритм освоения человеком планеты, с другой – многообразно применим в новейших стратегиях мобильности. С физической мобильностью парадоксально, на первый взгляд, сочетается стабильность культурных традиций и этнических ценностей; и это соотношение устойчивости и изменчивости – один из ключевых вопросов исследовательского проекта. Вместе с тем кочевые культуры Арктики обладают гибкой адаптивностью к экологическим и социальным воздействиям. В последние десятилетия оленеводы Севера Евразии в разной степени успешно адаптировались к новейшим технологиям управления, экономики, информации, дав самые впечатляющие в циркумполярном мире примеры неотрадиционного развития культуры, экономики и самоуправления. Варианты адаптивности кочевых культур Арктики в историческом и современном контексте – еще одно направление проектных исследований. Соотношение традиций и новаций, коренных и пришлых культур на Севере обычно рассматривается как конфликт ценностей и интересов. В действительности это взаимодействие насыщено встречными воздействиями и заимствованиями. Многие технологические новшества, прежде всего транспортно-навигационные, не разрушают, а развивают кочевую культуру. Многие традиционные технологии жизни-в-движении представляют собой ресурс для обогащения современных стратегий освоения Арктики. В целом дискурс о движении и технологиях мобильности, от физических до виртуальных, имеет особое значение для Севера с его коренными кочевниками и подвижными мигрантами, в том числе вахтовиками и туристами. Представленный методами этнографии и дизайна диалог культур в Арктике обретает новое звучание и впечатляющую перспективу. Реализуемые в проекте методы дизайн-сценирования и дизайн-прогнозирования исходят «от культуры» и ориентированы на реконструкцию традиционного и проектирование неотрадиционного «стиля северного номадизма». Методология проекта базируется на антропологии движения, содержащей концепции взаимодействия магистральных и локальных культур и мотивационно-деятельностных схем. Комплекс исследовательских методов включает замеры движения посредством визуальных средств и GPS-навигатора, моделирование ментальных карт кочевников, а также дизайн кочевого пространства. Исследовательская команда, включающая этнографов и дизайнеров, зрелых и молодых исследователей из академических институтов и университетов, суммарно обладает многолетним опытом теоретических изысканий в области североведения и полевых работ в трех базовых районах проектных исследований – на Кольском полуострове (и соседней Фенноскандии), Чукотке (и Нижней Колыме) и Ямале (Полярном Урале, Гыдане).

Ожидаемые результаты
Проект включает анализ публикаций, архивных и статистических данных, обзор новейших исследований и разработок в области номадологии, антропологии Севера и арктического дизайна. Особое направление представляет собой картография, сбор и обработка видео- и фото материалов. Полевые исследования в отдаленных труднодоступных районах Арктики и методы фиксации кочевой мобильности (включая аэрофото- и видеосъемку) составляют основную часть временных и финансовых затрат по проекту. В обозначенном ракурсе исследования мобильности арктических культур участники проекта являются признанными в международном сообществе экспертами. А. В. Головнёв и С. Г. Усенюк выступают организаторами и координаторами профильной сессии «Арктические мобильности» (Arctic Mobilities) на VIII Международном конгрессе арктических социальных наук (ICASS), который состоится в Канаде (Британской Колумбии) 22–26 мая 2014 г. (см.: http://resweb.res.unbc.ca/icass2014/index.htm). К. В. Истомин представит результаты исследований о восприятии пространства кочевниками в 2015 г. на конгрессе Международного Общества Когнитивных Наук (CogSci). В 2015 г. планируется организация и проведение тематических сессий «Кочевники Севера» (название рабочее) на XI Конгрессе антропологов и этнологов России (Екатеринбург, 2015 г.) и на IV международном Северном археологическом конгрессе (Ханты-Мансийск, 2015 г .). Итоги проектного исследования будут отражены в коллективной монографии «Ненецкие кочевья в условиях нефтегазового освоения» и серии статей по тематике проекта в различных научных, том числе рецензируемых и рекомендуемых ВАК, изданиях. Предполагается выход альбома «Атлас кочевых технологий», организация и проведение фотовыставки «Кочевники Арктики» (Салехард, Екатеринбург, Хельсинки, 2014–2016 гг.) и создание нового видеофильма «Кочевники Арктики». В рамках проекта намечена публикация полевых хроник, фото-видеоматериалов, аналитических обзоров и итогов работ в Глобальной Сети, в том числе на сайте http://ethnobs.ru/. Осмысление опыта и ценностей кочевников открывает возможность изменения отношения к самим кочевникам, их культурному наследию. В конкретных ситуациях ресурсодобывающим корпорациям Арктики часто недостает концептуально внятного и системно визуализированного представления о стиле жизнедеятельности коренного населения для согласования и оптимизации принимаемых решений. Значимость проекта определяется его направленностью на жизненные реалии, а не идеальные типы, на обеспечение устойчивого развития северных культур в условиях глобализации и промышленного освоения, на сохранение и популяризацию этнокультурного потенциала Арктики. Результаты исследования содержательно обогатят диалог культур, а практические рекомендации могут быть включены в программы регионального развития Арктики.


 

ОТЧЁТНЫЕ МАТЕРИАЛЫ


Аннотация результатов, полученных в 2014 году
Проект «Мобильность в Арктике: этнические традиции и технологические инновации» направлен на исследование потенциала номадизма и «дизайна кочевий» в практиках современного освоения арктического региона. Будучи комплексным и междисциплинарным, проект включает, помимо традиционных методов этнографии, разработанный и апробированный исследовательской группой метод записи движения по алгоритму ПКД — путь–карта–действие (TMA — tracking–mapping–acting). Новизна метода состоит в применении современного визуально-антропологического и навигационного инструментария в сфере, где прежде довлело текстовое описание. Запись кочевого движения осуществляется тремя инструментами — GPS-навигатором, картой и видео/фотокамерой. Аудиовизуальные методы позволили раскрыть и актуализировать феномены движения, номадизма и кочевых технологий, философию и практику «жизни в движении». Исследователи проектной группы впервые обратились к кочевникам и кочевничеству не как к этнографической экзотике или проявлению социокультурной отсталости, а как к феномену, представляющему для современного человечества ценность в плане самопознания и выявления в человеке потенциала динамики и мобильности в ориентации на перспективные технологии коммуникации и движения. В качестве объекта исследования избраны кочевники Арктики — ненцы, саамы и чукчи, представляющие собой уникальные мобильные культуры Севера, во многом сохранившие, в отличие от существенно модифицированных и уже «осевших» южных кочевников, свои исконные кочевые технологии. В свою очередь арктические кочевники отнеслись с интересом и симпатией к сотрудничеству в изучении движения, поскольку этот комплекс знаний и практик является их культурным достоянием и «конкурентным преимуществом», составляет основу их самобытности и жизненной философии. За основу исследования мобильности приняты три модели арктического номадизма — чукотская, ненецкая и саамская в их сходстве и ситуативных (этнокультурных, исторических, локальных) вариациях. Исходя из этого, базовыми для проведения рекогносцировочных экспедиционных изысканий первого года проектного исследования стали Чукотка, Ямал и Кольский полуостров. В ходе исследования произведено разномасштабное картографирование районов кочевий и маршрутов всех видов движения: составлено более 30 картосхем, записано 68 GPS-треков, собран фотофонд в объеме около 3 тыс. фотографий и видеофонд в объеме более 20 часов (в форматах HD и HDV). Формирование корпуса источников по теме проекта осуществлялось в архивах, библиотеках и музеях Ямало-Ненецкого автономного округа: ГА ЯНАО (фонд 12), МВК им. И. С. Шемановского (картографические и фото материалы), а также Красноярского края (ГАКК, фонды Туруханского отдельного управления, Енисейской губернской казенной палаты и др.). По результатам проектных исследований опубликована коллективная монография: Головнёв А. В., Лёзова С. В., Абрамов И. В., Белоруссова С. Ю., Бабенкова Н. А. Этноэкспертиза на Ямале: ненецкие кочевья и газовые месторождения. — Екатеринбург: «Издательство АМБ», 2014. — 232 с. (ISBN 978-5-8057-0914-3); три статьи в рецензируемых журналах. Результаты исследований представлены на международных конгрессах и конференциях: сессии «Арктические мобильности» (Arctic Mobilities) на VIII Международном конгрессе арктических социальных наук (ICASS) в Канаде (Университет Северной Британской Колумбии, 22–26 мая 2014 г.), на международном семинаре Terrains mobiles, terrains changeants: Méthodes d’étude du nomadisme aujourd’hui» (Мобильные поля, меняющиеся поля: современные методы изучения кочевничества) в Коллеж де Франс (Париж, 17 ноября 2014 г.), на международном форуме Culture of Barents Euro-Arctic Region: New Horizons of Development Strategy (Культура Баренцева Евро-Арктического региона: Новые горизонты стратегии развития) (Мурманск, 5 декабря 2014 г.), на североведческой научной конференции «Освоение Арктики — новый виток в развитии отечественной науки и инноваций» (Салехард, 3–6 декабря 2014 г.). Общественные презентации проекта состоялись на Всероссийском форуме музейного искусства «VI Югорская музейная полевая биеннале» (24–28 ноября 2014 г.) в виде фотовыставки «Мобильность в Арктике: этнические традиции и технические инновации» в Музее Природы и Человека Ханты-Мансийска (см.: http://ugra-news.ru/eventsguide/6417), а также в серии публикаций полевых хроник, фото и видеоматериалов, аналитических обзоров исследований в Глобальной сети Интернет и СМИ.

 

Публикации

1. Головнёв А. В. Кочевье, путешествие и нео-номадизм Уральский исторический вестник, № 4(45). 2014. С. 121-126 (год публикации - 2014).

2. Головнёв А. В., Абрамов И. В. Олени и газ: стратегии развития Ямала Вестник археологии, антропологии и этнографии, № 4 (27). С. 125-134. (год публикации - 2014).

3. Головнёв А. В., Лёзова С. В., Абрамов И. В., Белоруссова С. Ю., Бабенкова Н. А. Этноэкспертиза на Ямале: ненецкие кочевья и газовые месторождения Екатеринбург: АМБ, 232 (год публикации - 2014).

4. Головнёв И. А. Чукотская экспедиция А. Литвинова. Финал советского этнокино Уральский исторический вестник, № 3(44). 2014. С. 118-127 (год публикации - 2014).


Аннотация результатов, полученных в 2015 году
Главная задача второго года проектного исследования состояла в сравнительном изучении трех моделей мобильности — чукотской (чукчи), ямальской (ненцы) и кольской (саамы и коми-ижемцы). В запланированные сроки в трех тундрах были проведены экспедиционные работы по полевой методике антропологии движения (Путь-Карта-Действие). Составлены картосхемы кочевий оленеводов Чаунской тундры Чукотки (около 100 оленеводов и 22 тыс. оленей), северо-западной тундры Ямала между Харасавэем и Морды-яхой (около 90 оленеводов и 23 тыс. оленей) и Ловозерской тундры Кольского полуострова (около 50 оленеводов и 25 тыс. оленей); записано 79 GPS-треков с сопровождающей документацией; фотовидеоархив проекта пополнен 2375 фотографиями и видеоматериалами хронометражем 14 часов. Дизайнерские работы включали сбор данных о технологиях передвижения в тундре, о сочетании тундровой и поселковой мобильности, о конструктивных особенностях жилищ, транспортных средств и снаряжения. Полевые материалы легли в основу концептуальных обобщений по направлениям: (1) «Стили кочевания» , (2) «Варианты лидерства», (3) «Транспортная революция». Опыт проектного исследования подтверждает, что человеческий (и этнокультурный) потенциал оказывается главным двигателем оленеводства и кочевания. Дизайн мобильности варьирует в зависимости от ландшафта, близости к морским берегам, горам и лесам, а также оседлым группам, административным центрам и промышленным объектам. Чукотке с ее горными и приморскими тундрами традиционно присущ пеший и упряжный выпас крупных стад, дополненный в ХХ в. вездеходным транспортом. Здесь сочетаются горизонтальные (тундра–море) и вертикальные (горы–долины) миграции: летом обдуваемые ветрами приморские и горные тундры спасают от гнуса и оводов, зимой низины и долины с их древостоем обеспечивают топливом и укрытием от холодных ветров. Годичный цикл миграций оленеводов кругообразен, и пастбища Чукотки разделены на бригадные «круги кочевий». Площадь такого круга составляет около 5 6 тыс. км2 с радиусом 40–60 км; оленевод пешком или на упряжке способен его пересечь в любом направлении за сутки или двое (чукчи считают дневной ход в 40 км обычным для мужчины); таким образом, весь круг находится под контролем кочевника. Круговая локализация кочевий дает возможность летнего вольного отпуска оленей с эпизодическим дозором и последующим осенним сбором стада. Ямал с его обширной низинной тундрой, вытянутой от леса до моря на 700 км, задает сезонный ритм меридиональным миграциям оленеводов протяженностью до 1500 км с круглогодичным окарауливанием больших стад на оленьих упряжках с помощью собак-оленегонок. Столь масштабные перекочевки обусловлены нуждой в древостое и укрытии от ветров зимой и в северных приморских пастбищах летом, когда остальная тундра накрыта тучами комаров и оводов (удобную летнюю тундру называют «оленеводческим раем»). Кочевья между летними и зимними пастбищами проходят по «хребту Ямала» (Хой) — возвышенному водоразделу между байдарацким и обским стоками. Весной и осенью по нему почти сплошным потоком движутся стада оленей, расходящиеся затем веером на летние и зимние пастбища (магистральный поток по хребту составляет больше половины общей миграции). Эта магистраль разделяет северную и южную фазы настолько, что ненцы традиционно считают лето (сун) и зиму (таль) отдельными годами. Кольская тундра выглядит узкой полосой (около 100 км) между лесом и морем. Саамы издавна практиковали здесь выпас небольших стад (до нескольких десятков оленей) с короткими миграциями и использованием для транспорта саней (кережки) и вьюка. Это «избное» оленеводство включало доение важенок, летний вольный выпас и сбор стад с помощью собак-оленегонок. В 1880-е гг. мигранты коми-ижемцы привнесли на Колу крупностадное товарное оленеводство с круглогодичным выпасом, промышленным осенним забоем оленей, наймом пастухов-работников (в том числе саамов), производством продукции на продажу (в том числе замши и меховой одежды). В 1970-е гг. кольские оленеводы вернулись к летнему вольному отпуску оленей, по границе тундры и леса построили сплошную изгородь (огород) для регулирования сезонного движения оленей, а вдоль огорода — избы и деревянные корали. Оленеводство стало «огородным», а кочевание — вахтовым, с выездами на пастушеские смены и возвращением в поселки. Таким образом, для Чукотки характерен «круговой» стиль кочевий и контроля над пространством, для Ямала — «миграционный», для Колы — «огородный». Чукчи, ненцы и саамы пасут оленей по-разному, но одинаково видят в оленеводстве экономический стержень, а в олене — символ своей самобытности (для коми-ижемцев это еще и коммерческий проект). Оленеводство обеспечивает автономию в транспортно-экономическом, социальном и мировоззренческом измерениях, которая создает условия самобытности любой культуры, обратившейся к кочевому оленеводству как основе жизнедеятельности. Контроль над пространством выстраивается в двух измерениях — природном и социальном. Первое включает контроль над территорией и оленями, второе — над своей общиной и внешними контактами (в том числе угрозами). Во всех трех тундрах ключевую роль играют авторитетные лидеры, на опыте и энергии которых, по мнению местных жителей, держится оленеводство. Их деятельностные схемы представляют первостепенный интерес для изучения современного арктического номадизма. В качестве персонифицированных опытов лидерства в трех тундрах проанализированы «крупные планы» наставника 3-й бригады Чаунской тундры Андрея Антылина (Чукотка), бригадира 4-й бригады МОП «Ярсалинское» Нядмы Худи (Ямал) и начальника оленеводческого цеха СХПК «Тундра» Владимира Филиппова (Кола). Деятельностные схемы трех лидеров представляют собой сложные композиции действий, принятия решений (нередко в экстремальных ситуациях) и ответственности за их реализацию. Записанные треки лидеров протяженнее и разнообразнее треков обычных пастухов, что, по разверткам схем ПКД, связано со сложностью задач и контролем за их последовательным решением. По убеждению многих оленеводов и их лидеров, оленеводство невозможно без жесткого единоначалия. Особенно велика роль лидеров в особо напряженных ситуациях, в том числе в периоды отела и гона, эпизодах летнего окарауливания в месяцы «комара» и «овода», протяженных осенних и весенних миграций (Ямал), осеннего сбора стад (Кола, Чукотка). Три опыта — чукотский, ямальский и кольский — показательны своей адаптивностью. Опора на традиции не мешает лидерам кочевых общин быть открытым к инновациям, и это расширяет диапазон их действия и ответственности. В обстановке «технологической революции» особенно значим баланс традиций и новаций, который регулируют лидеры. Три варианта лидерства различаются особенностями деятельности, связанными с форматом практикуемого оленеводства, степенью его технологизации и вовлеченности в рынок. Если на Чукотке и Ямале оленеводство в основном опирается на этнокультурные традиции, то на Кольском полуострове оно преобразовано на основаниях рыночного производства. В частности, эти различия выражены в характере самобытной оленеводческой ментальности — своего рода «оленьем мышлении». Чукотский и ямальский лидеры обладают им сполна, тогда как для их кольского коллеги олени — товарное производство, и в этом отношении он идет по стопам своих предков коми-ижемцев, сумевших в XIX в. создать «оленеводческий капитализм» с наемными тундровыми пролетариями, циклом переработки и продажи продукции (в том числе зырянской замши), отношением к оленям как к капиталу. Во всех центрах оленеводства сейчас происходят технологические преобразования, связанные с распространением снегоходов, вездеходов, квадроциклов, мобильных телефонов, навигаторов, электрогенераторов, компьютеров. Всюду, хотя и в разной степени, эти новшества существенно преобразуют традиции и создают зависимость от внешних технологических ресурсов, открывая вместе с тем перспективы новых стратегий и приемов движения, мышления, кочевания, содержания стад. Масштабное вторжение механического транспорта в тундру, начавшееся в эпоху активного индустриального освоения Севера (1960–1970-х гг.), продолжается и сегодня. «Сноумобильная революция» началась в 2000-е гг. и прокатилась по тундрам с запада на восток. Снегоходы стали главным средством окарауливания оленей, вытеснив ижемские упряжки, саамские вьюки, собак-оленегонок. Лишь в мае кольские пастухи на месяц пересаживаются на упряжки, однако квадроцикл может вскоре оставить за оленьей упряжкой лишь «сувенирную» функцию. На Коле техника позволила вдвое сократить численность бригад и заменить постоянное окарауливание пастушеской вахтой. Все эти новшества отчуждают стадо от пастуха, который уже не ассоциирует кочевье с домом. Сегодня он больше похож на вахтовика, выезжающего в стадо на пару недель. Динамичным кочевникам свойственна адаптивность к новациям. Техника, особенно транспортно-навигационная, по-своему органично встраивается в кочевой круговорот, однако привносит деформации в стратегии и ментальность оленеводов, обозначая трудноразрешимые пока проблемные ситуации: (а) экологического соответствия новых видов транспорта и природы тундры, (б) оленеводства как образа жизни и оленеводства как товарной экономики, (в) баланса мобильности и оседлости в жизнедеятельности коренных жителей Арктики. Материалы полевых экспедиционных работ, проведенных исследовательским коллективом проекта на Чукотке, Ямале и Кольском полуострове, легли в основу публикаций по проекту, в том числе коллективной монографии (книги-альбома): А. В. Головнёв, Е. В. Перевалова, И. В. Абрамов, Д. А. Куканов, А. С. Рогова, С. Г. Усенюк. Кочевники Арктики: текстово-визуальные миниатюры. Екатеринбург: «Альфа-Принт», 2015. 144 с. В ней представлены эпизоды кочевой жизни чукчей, ненцев, саамов и коми-ижемцев, чьи культуры обладают гибкой адаптивностью к экологическим и социальным воздействиям и техническим инновациям. В наблюдениях объединены три взгляда — самих северных кочевников, исследователей этнографов и дизайнеров — с целью поиска и апробации нового концептуального подхода к наследию и технологиям коренных северян. Серия статей и презентаций, в том числе в «Уральском историческом вестнике» и на XI Конгрессе антропологов и этнологов России, посвящена стратегиям и технологиям арктического номадизма, экстремальным экологическим ситуациям, транспортной революции, опытам северных путешествий, дизайну вещного пространства в культурах Севера (см.: дайджест статей по проекту: http://ethnobs.ru/anonce/_aview_b19754; http://ihist.uran.ru/news/_aview_b299; публикация экспедиционных материалов в социальных сетях: http://vk.com/archethno?w=wall-61278706_365; интервью А. В. Головнёва «Крайний Север — бескрайние возможности» для портала «Наука и технологии России — strf.ru» http://strf.ru/material.aspx?CatalogId=222&d_no=108118&rated=ok#.Vmlta9a-Pej; интервью А. В. Головнёва об антропологии движения, Арктике, кочевниках и проектах: http://www.youtube.com/watch?v=mrjBWHK_bA4).

 

Публикации

1. Usenyuk S., Dudeck S., Garin N. The making of a home in a changing northern context: anethnographic account of contemporary housing practices among Russian reindeer nomads The Polar Journal, Volume 5, Issue 1. P. 170-202 (год публикации - 2015).

2. Абрамов И. В. Оленеводы Кольской тундры: с упряжки на снегоход XI Конгресс антропологов и этнологов России: сборник материалов. Екатеринбург, 2–5 июля 2015 г. Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, С. 272 (год публикации - 2015).

3. Абрамов И. В. Оленеводы Кольской тундры: локальные особенности снегоходной революции Уральский исторический вестник, № 2(47). С. 26-32. (год публикации - 2015).

4. Адаев В. Н. «Метки земли» и «метки дороги»: наземные природные и искусственные объекты в системе пространственного ориентирования тундровых ненцев Вестник археологии, антропологии и этнографии, № 1(28). С. 98-106. (год публикации - 2015).

5. Адаев В. Н. Формы передачи географической информации в традиции тундровых и лесных ненцев Уральский исторический вестник, № 2(47). С. 33-38 (год публикации - 2015).

6. Гарин Н. П., Рогова А. С. Вещный мир кочевников Ямала: необходимое и достаточное XI Конгресс антропологов и этнологов России: сборник материалов. Екатеринбург, 2–5 июля 2015 г. Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, С. 274 (год публикации - 2015).

7. Головнёв А. В. Чукотский дневник: размышления о движении Уральский исторический вестник, № 2(47). С. 6-16. (год публикации - 2015).

8. Головнёв А. В. Арктическая мобильность: технология и методология XI Конгресс антропологов и этнологов России: сборник материалов. Екатеринбург, 2–5 июля 2015 г. Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, С. 30-34 (год публикации - 2015).

9. Головнёв А. В., Перевалова Е. В., Абрамов И. В., Куканов Д. А., Рогова А. С., Усенюк С. Г. Кочевники Арктики: текстово-визуальные миниатюры Екатеринбург: Типография «Альфа Принт», ISBN 978-5-905617-36-2. 144 с. (год публикации - 2015).

10. Головнев И. А. «Лесные люди» — феномен советского этнографического кино Этнографическое обозрение, - (год публикации - 2016).

11. Истомин К. В. Снегоходная революция и рыночная реставрация: изменение в культуре и образе жизни коми-ижемских оленеводов XI Конгресс антропологов и этнологов России: сборник материалов. Екатеринбург, 2–5 июля 2015 г. Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, С. 275 (год публикации - 2015).

12. Истомин К. В. Кочевая мобильность коми-ижемских оленеводов: снегоходная революция и рыночная реставрация Уральский исторический вестник, № 2(47). С. 17-25. (год публикации - 2015).

13. Патрушев А. Ю. Ненецкое кочевье: карта, схема, трек XI Конгресс антропологов и этнологов России: сборник материалов. Екатеринбург, 2–5 июля 2015 г. Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, С. 277-278 (год публикации - 2015).

14. Перевалова Е. В. Проблемы и перспективы ненецкого оленеводства (Ямал: природные катаклизмы 2013–2014 годов) XI Конгресс антропологов и этнологов России: сборник материалов. Екатеринбург, 2–5 июля 2015 г. Москва; Екатеринбург: ИЭА РАН, ИИиА УрО РАН, С. 278 (год публикации - 2015).

15. Перевалова Е.В. Интервью с оленеводами Ямала о падеже оленей и перспективах ненецкого оленеводства Уральский исторический вестник, № 2(47). С. 39-49. (год публикации - 2015).


Аннотация результатов, полученных в 2016 году
Основная задача третьего года проектного исследования состояла в проведении полевых исследований и обобщении данных по технологиям и дизайну кочевания оленеводов Чукотки, Ямала и Кольского полуострова. Поскольку проект предусматривает разработку и апробацию целого комплекса новых методов записи и интерпретации движения (мобильности) кочевников, работы не разделены на привычные фазы сбора материалов и их обработки, а состоят из повторяющихся циклов эмпирико-аналитических обзоров основных трендов, смысловых и технологических узлов, разработки рабочих гипотез и их апробации. Примененный в течение первых двух лет авторский метод записи кочевого движения (ПКД) не только обеспечил предусмотренные результаты исследования, но и открыл новые возможности, которые существенно расширили диапазон исследовательских задач, обновили повестку работ и концепцию итоговой публикации (этому способствовала и возможность расширения программы исследований в случае продления гранта РНФ). Обсуждаемые наблюдения и рабочие гипотезы уже на этапе их апробации можно назвать открытиями в сфере этнодизайна (их можно считать эмпирически установленными фактами, требующими дополнительных проработок). Речь идет о следующих концептах (принципах): Слитное пространство-время — основное измерение номадизма. В отличие от оседлой картины мира, где пространство и время существуют и воспринимаются раздельно, в ментальности кочевника они не расчленены. В этой слитности образуется особый ритм пространства-времени. Для кочевника время движется (кочует) по пространству: например, у апреля и июля есть свои пространственные отметки; и наоборот, пространство не существует вне времени, вернее, меняется по ходу времени. У каждой вещи есть своя «ритмограмма активности», показывающая ее востребованность и участие в повседневной жизни, в том числе в кочевье. Контроль над пространством-временем (в том числе социальным пространством-временем) оказывается мотивом и искусством кочевника. Кочевой трансформер — цикл изменчивости кочевья в различных ритмах и измерениях, в состояниях динамики и статики. Самый очевидный пример — превращение стойбища в кочевье и наоборот. В более широком диапазоне это все региональное сообщество кочевников, меняющее сезонно свою конфигурацию (зимой это скопление на лесотундровых зимних стойбищах, летом — россыпь стойбищ на летних стойбищах и рыбоугодьях, весной и осенью — цепь кочующих аргишей). Летний караван, сменяя нарты и вещи, превращается в зимний караван. Стадо оленей — тоже своего рода трансформер, поскольку оно периодически убывает и прибывает, превращается в материальный и технологический мир кочевья. Техноанимация — выраженное в вещах кочевников стремление придать изготовляемой вещи свойства живого организма. Этот принцип можно считать ключевым в этнодизайне ненцев (как и других народов Северной Евразии, которым в древности был присущ «скелетный» или «рентгеновский» стиль в искусстве). При прорисовке нарт мы заметили, что некоторые их узлы (например, копылья) похожи на суставы. Благодаря прочным и гибким естественным крепежам (ремням, клиньям и др.) они приобретают качества «живого движения». Чум тоже обладает некоторыми чертами живого организма: его остов выполняет опорно-центрирующие функции скелета (и мы используем скелетно-рентгеновский стиль для показа этих особенностей); он «толстеет» (по числу шестов и размерам нюков), когда семья разрастается и богатеет, и «худеет», когда семья уменьшается и бедствует. Эффект движения в антропологии сопоставим с правилом динамического равновесия в физике и экологии, причем баланс кочевья как целостной композиции достигается именно в условиях сложной динамики. Кочевое общество устойчиво в движении. Стоит кочевнику остановиться, он тяжелеет мыслями и телом, теряет свои конкурентные преимущества. Кочевые технологии в полной мере проявляют свои достоинства именно в состоянии динамики, уступая первенство иным технологиям в состоянии статики. Существует и обратная зависимость: технологии, удобные для статики (например, оседлости), не всегда эффективны в динамике (кочевье). Кочевые технологии основаны на движении, которое придает жизненным стратегиям людей и функциям вещей особые качества, нереализуемые в состоянии покоя и статики. Например, достоинства каравана (аргиша) или конструкции нарты обнаруживаются только в условиях кочевья. Вещный минимализм состоит в том, что кочевник возит с собой только те вещи, которые обеспечивают контроль над пространством и движущимся по тундре стадом. Все остальное он производит и получает по ходу и на ходу. Дело не только в том, что в караване (и тем более в легковой нарте) не должно быть ничего лишнего, но и в своеобразии связки инструмент–ресурс: в кочевых технологиях эффективность инструмента достигается за счет пространственного маневра. Например, манипуляция разного рода «веревками» (от аркана до подвязок) позволяет контролировать стадо, «сматывать и разматывать» кочевье. Набором «веревок» кочевник, как сетью, охватывает и обуздывает пространство с его ресурсами. Динамика дает возможность осваивать максимум ресурсов минимумом инструментов, более того, регулировать потребление усилением и ослаблением этой «узды». Мобильность вещей предполагает их ситуативную и функциональную сменность: например, зимние нарты плохо идут по весенним проталинам, и если оленевод вовремя не сменит их на летние, он рискует не дойти до летних пастбищ. Мобильный модуль — одна из особенностей кочевого поведения, организации людей и вещей в пространстве-времени. Основным модулем выступает семейный аргиш (мюд), в чем-то сопоставимый с организмом, поскольку обладает автономией в движении и жизнеобеспечении. Качества модуля есть и у чума (мя), так как в нем (в фазе статики, на стойбище) тоже сочетаются свойства элементарной автономной целостности. Принцип автономной мобильности свойствен многим кочевым конструкциям и комбинациям, от увязки нарт до оснащения женского швейного мешка. Северная эстетика — представления о красоте и пользе, имеющие не созерцательное, а деятельностное выражение. В мобильной культуре движение создает для человека взаимосвязь (нерасчлененность) себя и окружающего мира. У северных кочевников красиво и практично — одно и то же. Их привлекает действие, а не созерцание. Любование оленями сочетается с наблюдением за стадом, его управлением, а также с «оленьим мышлением», азартной «игрой в оленей» (с детства) и многосторонней практикой использования и утилизации оленя. Эстетика у северных кочевников (как их религия и мифология) метафорична и образна, но практична и рациональна. Кроме методологического обновления проекта, обусловленного появлением и тестированием новых рабочих гипотез, коррекция задач была вызвана экстраординарными событиями в тундрах Ямала, связанными с глобальным изменением климата — бедствиями зимы 2013–2014 гг. (массовый падеж оленей из-за ледяного наста) и лета 2016 г. (вспышка сибирской язвы). Эти резонансные события резко актуализировали исследуемую тему, усилив ее научно-практическую значимость и придав ей статус «чрезвычайного приоритета». Для темы фундаментального исследования это не совсем обычный и удобный расклад обстоятельств, поскольку риторика «катастрофы и паники», тем более в исполнении масс-медиа, придает проблеме гипертрофированные очертания и вносит оттенки публичного дискурса и/или ангажированности. Вместе с тем критическая ситуация придала теме ракурс экстремальных обстоятельств и реагирования кочевников на сложные вызовы в условиях повышенных рисков. Ямал — крупнейший очаг оленеводства в мире, а ненецкое оленеводство представляется самым успешным опытом этнокультурного и экономического развития в Российской Арктике. Природные вызовы дают повод говорить о «кризисе» ненецкого оленеводства, выражающемся в чрезмерном росте стад и истощении пастбищ. Биологи и администраторы убеждены в необходимости значительного сокращения поголовья оленей на Ямале. Участники проекта настаивает на том, что любые сокращения и преобразования в оленеводстве Ямала должны проводиться под началом ненецких лидеров оленеводства, которые располагают собственным опытом преодоления рисков и осуществления экстраординарных кочевых маневров. В «стихийный год» (2013/2014), когда южная тундра покрылась слоем льда, ненцы совершали экстремальные маневры для спасения своих стад. Летом 2016 г. им довелось пережить вспышку «болезни вздутия» (сибирской язвы), а затем административный крен к установке на сокращение поголовья оленей. Самое примечательно в реакции кочевников на вызовы — быстрое и решительное действие, нередко с расчетом на опережение. Кочевник не полагается на стороннюю помощь, а предпринимает маневр и на ходу ищет новые возможности. Тундровой экосистеме и традиционной этносистеме органична динамика, а не статика. В отличие от промышленных сооружений, движение оленьих стад естественно для тундры. Эти оперативные наблюдения и заключения имеют предварительный характер и нуждаются в дополнительной верификации. С учетом отмеченных обстоятельств, а также возможности продления сроков работ по гранту, в план исследований и изданий внесены некоторые коррективы. В 2016 г. определилась очевидная необходимость сконцентрировать внимание на Ямале по двум причинам: (1) экстраординарные экологические вызовы и реакции на них тундровых кочевников Ямала; (2) возможность комплексной и детальной апробации ряда новых методов и подходов (прежде всего этнодизайна) на одном из регионов исследований, с последующим применением апробированных методик на материалах двух других регионов. Подготовке итоговых публикаций и разработок был подчинен план полевых изысканий 2016 г., включивший проведение экспедиций на Ямале и Кольском полуострове, а также апробацию методик, разработанных для исследований по гранту. Материалы полевых экспедиционных работ, проведенных исследовательским коллективом проекта, легли в основу публикаций по проекту, в том числе монографии (книги-альбома): А. В. Головнёв, Н. П. Гарин, Д. А. Куканов «Оленеводы Ямала (материалы к Атласу кочевых технологий)». Екатеринбург: УрО РАН, 2016. 152 с. В ней представлены кочевые технологии оленеводов Ямала в их сложности и многомерности – от пространственно-временного дизайна кочевий на просторах тундры до особых качеств оленьего меха для движения в экстремальных условиях Арктики. Авторы создают композицию северного этнодизайна, основанного на традициях тундровых кочевников и представленного новейшими методами визуальной записи (аэросъемка, трек-навигация, трехмерное моделирование). Визуальные композиции сопровождаются текстовыми эссе, в которых обосновываются и иллюстрируются основные концепты (принципы) кочевых технологий: слитное пространство-время, кочевой трансформер, техноанимация, эффект движения, вещный минимализм, мобильный модуль, северная эстетика. Визуально-текстовое повествование охватывает не только исконные традиции, но и новшества техники, навигации и коммуникации, воспринимаемые и на свой лад используемые тундровыми кочевниками. Уделено внимание и экстремальным ситуациям высокого риска (ледовый наст зимы 2013/2014 г., вспышка сибирской язвы 2016 г.), в которых приходится маневрировать современным оленеводам Ямала. Серия статей и презентаций посвящена стратегиям и технологиям арктического номадизма, мотивам кочевников, экстремальным экологическим условиям, средствам и способам передвижения в условиях северных регионов, системам ориентирования и роли эмоций в процессах ориентирования и др. Результаты исследований представлены на Международном конгрессе антропологических и этнологических наук (IUAES Inter-Congress 2016); XII Международной конференции “Anthropology, Weather and Climate Change”; Международной конференции «Сибирские чтения. Страсть к жизни: эмоции, чувства и восприятие на Севере и в Сибири» и др.; а также на заседании Президиума Уральского отделения РАН — http://www.uran.ru/node/4426; в интервью А. В. Головнёва о результатах исследования по проекту для Ямал-Регион — https://www.youtube.com/watch?v=IDT-wp_rloM; и др.).

 

Публикации

1. - «Россия, любовь моя! Богиня полярных гор» Телеканал "Культура", эфир программы от 9.10.2016 (год публикации - ).

2. - Интервью А. В. Головнёва Ямал-Регион, Интервью А. В. Головнёва для Ямал-Регион о современных проблемах оленеводов Ямала в рамках научно-практической конференции «Обдория: история, культура, современность» (год публикации - ).

3. - Актуальное интервью А. Головнёв Ямал-Регион, - (год публикации - ).

4. - В поисках древних корней. Удивительная лекция в МАГУ ИА Хибинформбюро, О лекции А. В. Головнёва «Антропология движения: северный вектор» в Мурманском государственном университете (год публикации - ).

5. Адаев В. Н. Ненецкие приемы ориентирования в пути: использование помощи оленя и собаки Вестник археологии, антропологии и этнографии, № 1 (32), с. 131-141 (год публикации - 2016).

6. Головнёв А. В. Кочевники Арктики: стратегии мобильности Археология, этнография и антропология Евразии, Том 44, № 4. С. 131-140. (год публикации - 2016).

7. Головнёв А. В., Гарин Н. П., Куканов Д. А. Оленеводы Ямала (материалы к Атласу кочевых технологий) Екатеринбург, УрО РАН, 152 с. (год публикации - 2016).

8. Истомин К. В., Хабек Х. О. Permafrost and indigenous land use in the northern Urals: Komi and Nenets reindeer husbandry Polar Science, Volume 10, Issue 3, pp. 278–287 (год публикации - 2016).

9. Усенюк С., Хаасало С., Уолен Д. Proximal design: Users as designers of mobility in the Russian North Technology and Culture, Volume 57, Number 4, pp. 866-908 (год публикации - 2016).